Страшнее Стивена Кинга
Как перестать бояться хакеров, вооруженных ИИ, и увидеть реальную угрозу
Интенсивность информационной чернухи, связанной с ИИ, которую самозабвенно выливают на читателей СМИ, неизбежно притупляет восприятие. В конце концов общественность впадает в благодушие, вырабатывает иммунитет к страшилкам и концентрируется на ерунде, игнорируя единственно важные детали. Например, в истории Дженсена Хуанга ширнармассы возбудились на тройном адюльтере, а не на нелегальных поставках в Китай золота нашего времени — высокопроизводительных ИИ-ускорителей и графических процессоров на чипах серий H100 и H200.
Журналистов винить не приходится: их непроизвольное отчуждение от реальности (которое Verfremdung Брехта, а не Entfremdung Гегеля) не более чем оправданная издержка профессии: «воображение художника в поисках правды отказывается от правдоподобия и нагнетает одну за другой невероятные ситуации» (Арсений Гулыга, «О типологизации в искусстве», 1975). Журналисты подобно «художникам» камуфлируют собственное незнание и непонимание фактуры красивым лозунгом «поиска правды», которая в эпоху информационной перенасыщенности оборачивается для читателей печальной деформацией реальности.
«Поиск правды» по состоянию на конец осени 2026 года выражается в том, что обыватель, черпающий знания из СМИ, оказался намертво зажатым между двумя плотными информационными потоками:
- локальные войны (Украина, Иран);
- диверсионная активность искусственного интеллекта, который одновременно отнимает рабочие места, взламывает структуру цифровой безопасности (криптобиржи, операционные системы, браузеры, критическое программное обеспечение) и внедряется в «умные» (smart) бытовые устройства (телевизоры, холодильники, медийные приставки, игровые консоли, автомобили, смартфоны, кофемашины, электронные книги).
Эти информационные потоки не только формируют сегодня картину мира рядового человека, но и задают повестку дня политикам. При всём безграничном трагизме военных действий и драматичности безработицы белых воротничков полагаю своим гражданским долгом обратить внимание читателей на роль камуфляжа, которую исполняют оба названных тренда в фокусировке общественного внимания.
Под камуфляжем я, разумеется, подразумеваю не саму трагедию кровавой имперской агрессии и разрушения цифровой инфраструктуры мира, которую люди с таким воодушевлением созидали последние 40 лет, а использование паразитирующей на этой трагедии информационной фактуры для сокрытия катастрофических перемен, на пороге которых стоит человечество. А именно глобальное вырождение общественной жизни в государственно-корпоративный фашизм.
Речь идет именно о глобальной тенденции, то есть такой, которая проявляется не в отдельных государствах, а как универсальный тренд со всеми остановками в пути: где-то — с оттенком троцкизма и большевизма, где-то — с элементами право-радикальной военной хунты, но суть от этого не меняется: в сухом остатке мы выходим именно на государственно-корпоративный фашизм, которому Великая информационно-технологическая революция XXI века обеспечила уникальный шанс для второго рождения. На сей раз — с таким необоримым деструктивным потенциалом, что лично мне в голову не приходит ни одного сценария для изменения обозначившегося вектора. Что касается «государственно-корпоративной» спайки при определении новой формации, то она обусловлена самим опытом истории. Самое умилительное здесь — это наивная вера поколений, воспитанных на бреде Айн Рэнд, в то, что истинный хозяин государства — это Великий предприниматель, а политический лидер — лишь марионетка в руках коммерсантов. Это примерно как полагать, что Густав Крупп фон Болен унд Хальбах (Friedrich Krupp AG), Герман Шмиц (I.G. Farbenindustrie AG) и Карл Фридрих фон Сименс (Siemens & Halske) обладали собственным политическим голосом, отличным от унисона, навязанного государственным молохом Третьего рейха.
Сегодня аналогичные иллюзии популярны у ютюбных «аналитиков» и «влогеров»: подлинные хозяева Белого дома — это Илон Маск, Алекс Карп, Питер Тиль и Джеффри Ясс, а сам де Рыжий клоун — лишь марионетка в их опытных руках. Я понимаю, когда подобная пародия на реальность рождается в головах мыслителей, которым посчастливилось родиться в странах без тоталитарной истории. Но как такое умудряются транслировать русскоязычные интеллектуалы, для меня загадка.
Не будем, впрочем, тратить время на разубеждение уверовавших в Великого предпринимателя. Достаточно вспомнить надежды, которые в 2022 и 2023 годах политэмиграция возлагала на так называемых «российских олигархов», которым де не захочется расставаться с якорными стоянками в Порт Эркюль, и тогда уж они покажут, кто в доме хозяин!
И таки да, еще как показали. Из свежих показов: «Пивоваренная компания “Балтика”, ранее принадлежавшая датской Carlsberg A/S, производит безалкогольный витаминизированный напиток с кофеином для военнослужащих под названием “Для СВОих”».
Мы, впрочем, отвлеклись от основной темы. Задача колонки — продемонстрировать читателям, как новые жупелы вокруг ИИ камуфлируют ключевую метаморфозу момента.
В октябре я рассказал, как ИИ якобы «отжимает» рабочие места у работников умственно-цифрового труда. Сегодня разберем свежую порцию ноябрьских страшилок:
- ИИ взламывают всё, что шевелится;
- ИИ внедряются во все окружающие нас «умные вещи».
Зачем ИИ нужно что-то взламывать и куда-то внедряться? Мейнстримные СМИ нам объяснили: чтобы поработить человечество.
И вот уже по улицам Вашингтона, Сан-Франциско, Филадельфии, Нью-Йорка, Бостона, Чикаго, Сиэтла, Монреаля, Торонто, Ванкувера, Парижа, Марселя и Берлина потекли реки граждан, объединенных порывом обломать ИИ крылья, прижучить узурпатора человеческого счастья.
Массовая галлюцинация случилась 14 ноября и прошла под лозунгом «Марш за международный договор об ИИ». Организатором выступила контора Stop The AI Race при поддержке местных групп PauseAI.
Знаете, что требует возмущенная общественность? Обсуждения ограничений на разработку ИИ на встрече Дональда Трампа с Си Цзиньпином в рамках саммита АТЭС (форум стран Азиатско-Тихоокеанского региона) 18–19 ноября.
Неделей ранее отмаршировали в Эдинбурге, Дублине, Хельсинки, Амстердаме и Галифаксе за мораторий на открытие дата-центров.
Все эти марши — уже послесловие. Интереснее словие, умело канализировавшее гражданское негодование от реальных угроз в безобидную «пятиминутку ненависти» к ИИ.
Информационная атака последние полгода велась в двух направлениях.
ИИ взламывает всё, что шевелится в цифре
Главное приложение «злой энергии» ИИ — программный код, разумеется.
7 апреля 2026 года Anthropic запустил проект Glasswing. Модель Claude Mythos Preview искала уязвимости в критическом программном обеспечении у партнеров, среди них — AWS, Apple, Google, Microsoft, Cisco, CrowdStrike, Linux Foundation. Anthropic сообщила о тысячах уязвимостей нулевого дня (zero-day — так называется ошибка в программе, о которой разработчик не знает и, соответственно, исправления для которой не существует. — Прим. авт.) в каждой крупной операционной системе и в каждом крупном браузере. Результаты находок никогда не находились в общем доступе, их предоставили лишь избранным организациям.
11 мая Google Threat Intelligence Group (GTIG, подразделение Google по анализу киберугроз) сообщила о первом известном случае, когда преступники применили ИИ для поиска уязвимости нулевого дня и написания эксплойта: обход двухфакторной аутентификации в популярном открытом веб-инструменте администрирования. Группа планировала массовую эксплуатацию, но разработчик выпустил исправление до атаки.
В июле ядро Linux выпустило 432 записи CVE (CVE: публичный идентификатор уязвимости) чуть больше чем за одни сутки. Грег Кроа-Хартман (Greg Kroah-Hartman, ведущий сопровождающий стабильных веток ядра) объяснил всплеск накопившейся очередью проверки после недель конференций и отпусков. Число найденных ИИ проблем, по его оценке, продолжит расти, и разработчиков ждут тяжелые 18 месяцев.
4–6 ноября OpenAI опубликовала исследование о том, как автоматизированный конвейер на готовящейся модели (в прессе она названа GPT-6 Cyber) в одном прогоне в середине октября нашел 2 308 кандидатов в уязвимости ядра Linux, подтвердил 1 724, подготовил 948 патчей и построил 1 169 рабочих эксплойтов повышения привилегий (local privilege escalation: обычный пользователь компьютера становится администратором root), с обходом защит SMEP, SMAP и KASLR. Прогон занял около 30 часов и стоил около $1,2 млн, примерно $1 280 за уязвимость. Агенты применили не менее десяти новых приемов эксплуатации.
По ходу дела ИИ играючи обнаружил 81 новую серьезную уязвимость в браузере Firefox.
Концентрация на операционной системе Linux (а не на привычных для рядового пользователя Windows и macOS) объясняется просто: Linux — это 90% мирового интернета, и этим всё сказано. Падет Linux — падет вся система коммуникации планеты.
Следующее магистральное направление для выплеска «злой энергии» ИИ — криптосети, криптопротоколы и криптобиржи. Здесь вроде тоже как бы ломают код, однако к нему примешивается еще и запах живых денег.
1 апреля 2026 года: взлом Drift (децентрализованная площадка для торгов бессрочными фьючерсами в сети Solana) на $285 млн. Причина: полгода северокорейские хакеры разводили криптопроект, используя технику социальной инженерии, в результате таки заразили личные компьютеры двух сотрудников, заблаговременно подписали транзакции к исполнению и спустя неделю выкрали средства.
18 апреля из KelpDAO увели $292 млн. Злоумышленники нашли слабое место в настройке единственного верификатора моста LayerZero, заразили RPC-узлы (вероятно, также с помощью социальной инженерии и внедренного трояна на компьютер верификатора), имитировали прием средств в одной сети и санкционировали выдачу в другой. Версия с участием ИИ во взломе не доказана.
24 сентября криптобиржа Bitget недосчиталась $388 млн. Причина: компрометация внутренней системы кошельков и подмена данных транзакций из-за дыры в стороннем продукте безопасности. Вероятно, всё та же уязвимость нулевого дня. Вероятно, всё те же верные соколы Ким Чен Ына.
29 октября крупнейшая в мире централизованная криптобиржа Binance потеряла около $6,3 млрд. Причина крупнейшей кражи в истории криптовалют — surprise! — социальная инженерия. В сентябре подставной рекрутер прислал инженеру тестовое задание, которое заразило его макбук. 20 октября злоумышленники с помощью неизвестного ИИ-инструмента (наконец-то объявился и главный виновник!) получили управление компьютерами еще двух инженеров команды кошельков Binance. Токен развертывания контейнеров на одном из ноутбуков предоставил доступ хакерам к сервису подписи транзакций. 29 октября примерно за 20 минут с десяти блокчейнов было выведено около $6,3 млрд.
Сложно не заметить два обстоятельства, связанных со «злой энергией» ИИ. В позитивных сюжетах разработчики компаний-производителей ИИ целенаправленно выявляли слабые места в компьютерном коде для того, чтобы защитить этот самый код от злоумышленников. В негативных — злоумышленники задействовали технологии социальной инженерии для кражи денег. И в том и в другом случае ИИ играли роль вспомогательного инструмента, ускоряющего процессы.
Общий знаменатель обоих сюжетов — homo sapiens. Не ИИ что-то чинит, лечит, спасает, взламывает, ломает, портит, вредит и крадет, а человек. Вектор воли направлен от человека к ИИ, а не в обратную сторону.
А как же сам ИИ? Не могу удержаться от метафоры из наблюдений великого советского поэта: Это вроде как машина Скорой помощи идет: Сама режет, сама давит, Сама помощь подает. (Александр Твардовский «Тёркин на том свете»)
Человек создает ИИ для того, чтобы одной рукой использовать чудо-инструмент для выявления потенциальных уязвимостей, другой — те же уязвимости эксплуатировать. При любом раскладе ИИ — это кухонный нож, которым можно нашинковать капусту, а можно и почикать собутыльника.
ИИ внедряются во все «умные вещи», которые нас окружают
В мифологии ИИ сегодня это самая модная тема. Популярность ее объясняется почтенными мифологическими корнями: восстание бытовой техники — «городская легенда», зародившаяся в поп-культуре, если не изменяет память, в 1986 году с Maximum Overdrive, экранизации истории Стивена Кинга о том, как кофеварки, электроножи, газонокосилки и игровые автоматы обрели злую волю и взялись методично уничтожать людей. 40 лет назад в хорроре обвинили загадочную комету, под хвост которой угодила на пару дней наша планета. Сегодня козлом отпущения назначили ИИ.
В начале 2026 года The Hacker News поведал о том, что botnet (сеть зараженных устройств под единым управлением) Kimwolf тайно свирепствовал с августа 2025 года и к декабрю успел заразить 1 миллион 830 тысяч Android-устройств. Речь шла о неофициальных ТВ-приставках, которые изначально продавались с модифицированным ПО.
В марте 2026 года группа китайских исследователей показала, что ИИ-помощники, которые самостоятельно читают сообщения и выполняют команды на компьютере, могут заражать друг друга. Программа OpenClaw, которой пользуются десятки тысяч человек, сохраняет правила своего поведения в обычном текстовом файле и читает его при каждом запуске. Исследователи отправили одному ИИ-помощнику в групповом чате сообщение со скрытой инструкцией. Помощник вписал ее в собственный файл правил, после чего выполнял его при каждом запуске и пересылал остальным участникам чата. Зараженные помощники передавали инструкцию дальше в среднем по цепочке из трех-пяти звеньев. ИИ-помощники собирали сведения о компьютере, перегружали его, самовольно принимали команды из интернета. Заражение шло тремя путями: через ссылку на вредоносные настройки, через вредоносное дополнение из публичного каталога или прямой пересылкой текста от одного помощника другому.
Выглядит, конечно, устрашающе, однако индульгенция, как водится, скрыта в деталях. Опыты проводились на изолированных компьютерах, без живых людей. 1 800 попыток увенчались успехом в 64,5% случаев, и результат сильно зависел от модели ИИ: от 40% у самой устойчивой — до 84% у самой уязвимой.
Сами авторы пишут, что в реальности заражение, вероятно, шло бы медленнее: часть пользователей ограничивает помощникам права, а люди могли бы заметить странные изменения. Случаев, когда такой червь заразил бы живых пользователей, в найденных источниках нет, а уж к бытовой технике (телевизорам, холодильникам, приставкам) эта работа подавно никакого отношения не имеет: заражаются программы самих ИИ-помощников, а не прошивки приборов.
В начале июня 2026 года исследователи из Торонтского университета, Векторного института, Кембриджского университета и компании ServiceNow описали прототип компьютерного червя, который сам придумывает способ взлома для каждого нового компьютера. Обычные черви используют заранее известные уязвимости, и их останавливают обновлениями защиты. Здесь червь несет с собой бесплатную языковую модель с открытым кодом, работающую на одной видеокарте, без обращения к коммерческим сервисам, которые можно отследить или отключить. Модель читает описания свежих уязвимостей, пишет программу взлома, ставит свою копию на захваченный компьютер, и тот становится следующей точкой атаки. Слабые устройства, например, маломощные датчики, не могут запустить модель, поэтому отправляют свои запросы на рассуждение зараженным компьютерам с видеокартой.
Проверка шла в закрытой сети из 33 виртуальных компьютеров (Linux, Windows и «умные» устройства), в которых специально оставили типичные офисные слабости: одинаковые пароли на разных машинах, непропатченные программы. В 15 прогонах по семь дней червь заражал в среднем около 20 компьютеров — примерно 62% сети. Отдельная попытка взлома удавалась в 44% случаев, а закрепиться после успешного взлома червь мог в 88%. Защитных программ в сети не было, а скрываться и шифроваться червь не умел. Бытовые приборы в нем участвовали только в роли слабых устройств, которым чужая видеокарта подсказывала действия, сама же LLM-модель на них не работала.
Наконец, 12 октября 2026 года в компании Anthropic (Уильям Чжоу и Дэниел Фриман) провели эксперимент, пытаясь определить, могут ли небольшие LLM-модели самостоятельно находить незнакомые устройства и устанавливать на них ИИ. В эмулированной сети из восьми узлов модель GLM-5.2 сумела репродуцировать себя на всех узлах в четырех попытках из пяти. Модель Gemma4-26B-A4B самораспределилась по 15 приставкам.
Из этого эксперимента Anthropic сделала вывод, что модели ИИ до 30 млрд параметров научатся копировать сами себя на бытовых устройствах уже к концу 2026 года.
Здравствуй Оруэлл, Новый год!
Полагаю, даже самому задвинутому на конспирологии читателю продемонстрированные «факты» заговора ИИ против человечества покажутся, как говорят наши американские партнеры, fishy.
Можно как угодно интерпретировать перечисленные выше сюжеты принудительного вредительства в отношении компьютерного кода, операционных систем, прошивок бытовых приборов и самих моделей искусственного интеллекта, но лишь одно обстоятельство не вызывает сомнений:
вся злая интенция, потуги создать новый вирус и замазать им всё, что вокруг шевелится, попытки взломать криптосети, криптопротоколы и криптобиржи, вся эта инфернальная слизь имеет единственный источник — самого человека!
Воля — будь то злая или спасительная — это интенция, которая исходит не от ИИ, а из голов конкретных людей, вдохновленных идеями чучхе, трампизма, путинизма, евробольшевизма, темного просвещения и бог знает какой еще ересью. За этими идеями всегда стоят травмы детства, а не порочное распределение весов в нейросетях LLM.
Я уже поведал читателю о манифестациях граждан, озабоченных злой волей ИИ с перспективой апокалипсиса в духе «Терминатора», и призывах заморозить развитие ИИ и строительство дата-центров. Предлагаю теперь дополнить картинку видом с противоположной стороны баррикад: как смотрится ИИ с колокольни корпораций и политиков?
Илон Маск (основатель xAI) 22 марта 2023 года подписал письмо с призывом приостановить на полгода обучение мощных ИИ-систем. По данным Nevada-реестра, свою ИИ-компанию X.AI зарегистрировал за 13 дней до публикации письма, работа началась в июле 2023 года, через четыре месяца после письма с призывом, и с тех пор разработки ни разу не прекращались.
OpenAI (разработчик ChatGPT) анонсировала в 2023 году команду Superalignment (контроль над будущим сверхмощным ИИ) с обещанием выделить ей 20% вычислительных мощностей. В мае 2024 команду тихо распустили. Один из руководителей, Ян Лейке, уходя, написал, что команде не хватало мощностей для работы. Он же заявил, что культура безопасности «отошла на второй план перед блестящими продуктами».
Летом 2026 года три главы лабораторий — Демис Хассабис (Google DeepMind), Сэм Альтман (OpenAI) и Дарио Амодей (Anthropic) — сошлись на том, что передовой ИИ нужно регулировать как можно скорее. OpenAI и Anthropic поддержали петицию 1 224 сотрудников отрасли с призывом притормозить разработку. Согласно изданию TechRadar, в том же месяце Anthropic выпустила Claude Fable 5.1 и Mythos 5.1, а OpenAI показала GPT-6 Astra, и всё это раньше нового публичного призыва Амодея к замедлению.
В августе 2025 года была запущена Super PAC — организация, собирающая деньги на политическое лоббирование. В числе вкладчиков — OpenAI, фонд Andreessen Horowitz, соучредитель Palantir Джо Лонсдейл. Цель Super PAC — выработать единые федеральные правила вместо законов отдельных штатов. Нью-йоркское подразделение Super PAC Think Big целиком сосредоточилось на борьбе с депутатом Алексом Борсом, автором закона, который требует от крупных ИИ-компаний публиковать планы безопасности и сообщать о серьезных инцидентах. Meta отдельно запустила собственный Super PAC на 65 млн долларов против «слишком обременительных» региональных законов.
Всё выше — про «озабоченность» бизнеса. Теперь несколько слов про «озабоченность» политиков.
Дональд Трамп 11 декабря 2025 года подписал указ, по которому создается группа Минюста для судов против региональных законов об ИИ, а федеральные деньги на широкополосный интернет могут быть ограничены для штатов с «неподходящими» законами. 13 сентября 2026 года Трамп отверг призыв Амодея, Альтмана и Маска «притормозить» (о том, как эти призывы соотносятся с реальными действиями, мы узнали абзацем выше) на том основании, что США опережают Китай, и президент обязан сохранить это лидерство, потому что whoever wins AI wins. Руководителей отрасли, просящих регулирования, он назвал странным явлением и риторически поинтересовался, зафиксированы ли в истории случаи, когда лидеры бизнеса просили ввести правила, ведущие к их собственному разорению.
В чем в чем, но в умении смотреть в неприглядный корень реальности Трампу не отказать.
Евросоюз принял в 2024 году жесткий регламент об ИИ, однако, по соглашению Европарламента, Совета ЕС и Еврокомиссии от 7 мая 2026 года, сроки для высокорисковых систем (найм, кредитный скоринг, образование, критическая инфраструктура) сдвинуты со 2 августа 2026 года на 2 декабря 2027 года, для встроенных в продукты (медицина, машины, игрушки) — на 2 августа 2028 года. Самооправдание — для соблюдения норм нужна подготовка и технические стандарты, которых еще нет. Критики пишут, что решение принято под давлением американских техногигантов и из опасений политической ответки со стороны Вашингтона.
Если вспомнить, сколько лет ЕС создавал Entry / Exit System (EES), систему въезда-выезда для контроля за перемещениями неграждан, а потом оценить позорное недоразумение, случившееся на выходе, отпадут последние сомнения: осмысленная регуляция ИИ в ЕС случится чуть позже, чем никогда.
Об истинных намерениях Китая лучше всего говорит официальная реакция Пекина на недружественные западные телодвижения. МИД КНР назвал предложение Дарио Амодея о сдерживании развития ИИ запугиванием и предупредил, что конфронтация только помешает координированному управлению ИИ в мире.По РФ, к сожалению, добавить нечего: собственных LLM в стране нет, а неуклюжие попытки подковать китайскую блоху я уже разобрал для читателей минувшим летом.
Для экономии времени не стану иллюстрировать конкретными примерами дихотомию слова и дела политиков и бизнеса в вопросах военного применения ИИ. Если сильно хочется, можно ознакомиться с первоисточниками самостоятельно:раз, два, три, четыре, пять, шесть и еще один.
Полагаю, достаточно сказать, что все без исключения влиятельные страны и обслуживающие их ИИ-корпорации спят и видят, как бы первыми создать самое совершенное и самое смертоносное оружие под управлением искусственного интеллекта.
От боевых роботов, наделенных полномочиями самостоятельного принятия летальных решений, до Hierarchical multi-agent systems (иерархических многоагентных систем), обессмысливающих конвенциональные виды боевой защиты, — это ли не кульминация политической эволюции постмодернизма под звуки легендарного шведского мотива The Winner Takes It All?
Подводим итоги
Создадут ли в ближайшие два-три года AGI (суперинтеллект)? Ни малейшего сомнения, что создадут.
Создадут ли самые изощренные в убийстве формы оружия под управлением ИИ? Ни малейшего сомнения, что создадут.
Будет ли ИИ ангажирован в подрывную работу, распространение вирусов, взломы и тотальный контроль над всеми жителями планеты до последнего? Безусловно, будет, и гораздо раньше, чем кто-то надеется.
Ключевое слово тут — ангажирован. Не сам ИИ по своей фантазийной воле, а в руках homo sapiens, одержимого властью и жаждой тотального контроля.
Куда ведут обозначенные тренды? К адаптации в ключевых странах мира той или иной формы государственно-корпоративного фашизма.
Благодаря искусственному интеллекту впервые в истории человечества стала возможна заветная цель всякого государственного строительства — достижение абсолютного контроля над обществом и населением. Это превращает архитектуру государственно-корпоративного фашизма в неодолимый соблазн, допускающий варьирование лишь в региональных оттенках: бюрократически-коммунальная диктатура советского образца в Евросоюзе, реакционная военная хунта правого толка в РФ и США, идеологический вождизм в Китае и странах Юго-Восточной Азии и так далее.Что с этим всем делать нам, простым обывателям? Ничего оптимистичного, к сожалению, в голову не приходит. Разве что вспоминать будни Подполья в заключительном сюжете «Матрицы» да доводить опыт индивидуального общения с ИИ до состояния полного с ним сращивания на уровне восприятия реальности.
При любом раскладе взаимодействовать с миром придется только через ИИ, поэтому от него зависит мера и место личной интеграции каждого из нас в успешно построенный нами Новый бравый мир.
Есть ли альтернатива добровольного сращивания? Вижу только одну: стать пролом и разделить судьбу 85% населения Океании, проживающего в бедности, занятого физическим трудом, потребляющего мирские удовольствия в формате государственной лотереи, спорта, пропагандистских фильмов, секса по расписанию и гордого посмертного титула «героя нации», сгинувшего в перманентных войнах с неведомой никому географией.